Презентация, доклад После премьеры - расстрелять

жителям Крыма этот адрес. На небольшой тенистой улице, за густой зеленью деревьев расположено одно из лучших, одно из красивейших зданий города. Большие окна, величественные колонны, скульптурные
группы и бюсты великих писателей на фасаде. А еще... мемориальная доска, она гласит: «Артистам и работникам театра, погибшим от рук немецко-фашистских оккупантов: Барышеву Н. А., Перегонец А. Ф., Добросмыслову Д. К., Яковлевой З. П., Чечеткину П. И., Озерову И. Н., Ефимовой П. Т., Савватееву О. А.» Значит, здесь тоже воевали. Тоже отстаивали свои жизненные принципы и убеждения, тоже защищали свою Родину, Родину, которой у людей уже нет. А может быть нет и принципов и своей гражданской позиции? Как и почему? На эту тему можно долго рассуждать, спорить. Но лучше давайте вернемся на шестьдесят с лишним лет назад и попробуем взглянуть, вспомнить, как все было.

1941 началось как обычно, и как обычно многие театры страны выехали на гастроли. В Донецк - Малый театр, в Минск - художественный, в Москве начал свои гастроли киевский театр им. Ивана Франка, в Севастополе - крымский театр им. Горького. 21 июня - теплый летний день. Яркие солнечные лучи, отражаясь в зыбкой глади Черного моря, освещали театр, на сцене которого суетились монтировщики, устанавливая декорации для
вечернего спектакля. В репетиционном зале собрались артисты, оживленно обсуждая предстоящие встречи с севастопольским зрителем. Больше других волновался Яков Борисович Смоленский. Еще бы! Сегодня он впервые предстанет перед севастопольцами в роли Владимира Ильича Ленина. Гастроли открывались спектаклем «Кремлевские куранты» Н. Погодина. Он держал в руках пьесу и еще не знал, что именно сегодня, 21 июня 1941 года, последний раз вспыхнут театральные прожектора, осветив его в костюме и гриме. Повторяя слова роли, он и не думал, что очень скоро будет повторять их как молитву стоя перед дулом фашистского автомата. Тогда еще никто ничего не знал. Все было как обычно.

после спектакля артисты. А ночью… От страшного грохота вздрогнул город, взметнулись в небо клубы дыма и языки пламени, высветив самолеты с фашистской свастикой.
Началась война. Самая зловещая и кровавая война в истории человечества. Обычные дни перестали быть обычными, а людям предстояло пережить тяжелые испытания. Они стояли на пороге великого горя. 22 июня театр возвратился в Симферополь, продолжая работать в родном городе, обслуживая близлежащие села и населенные пункты. Составлялись концертные программы с отрывками из патриотических спектаклей, с героическими стихами и песнями.

Враг стремительно наступал, занимая все новые и новые районы. В августе 1941 года в Крыму была проведена первая эвакуация. В театре упаковывались костюмы, ценный реквизит, декорации, но скоро стало известно, что ни один город полностью принять коллектив не может. И на состоявшемся в театре митинге было решено играть до последнего дня, а потом отступить с частями Красной Армии. Выступая на митинге, актеры говорили, что Крым есть и будет советским, что они не пожалеют сил и жизни для защиты Родины. До конца октября 1941 театр работал. Враг уже был в Крыму. Отступая с тяжелыми боями, Красная Армия в Симферополь не вошла. Для эвакуации артистов были присланы две небольшие машины, которые должны были доставить их в Севастополь, ибо узкая полоска суши, соединяющая полуостров с большой землей была уже в руках агрессора - уйти можно было только морем. Но дорога из Симферополя в Севастополь была уже отрезанной. Единственно открытый путь - через Ялту, туда и направились машины, но доехав до Рабочего Уголка, близ Алушты, они высадили артистов и ушли, якобы на заправку, но больше не вернулись. Актеры остались одни, транспорта, который мог бы их доставить в Севастополь, не было, а к берегам уже подходила фашистская эскадра. Пришлось возвращаться в Симферополь.

аресты. В декабре по доносу бывшего актера театра Фрике, сразу перешедшего на сторону оккупантов был казнен Яков Борисович Смоленский, только лишь потому, что исполнял роль Ленина. Многие жители города были в растерянности: как жить дальше, что делать? Но появились и такие, которые сразу пошли на службу к оккупантам. Дул холодный северный ветер, неся по пустынным улицам обрывки афиш, стуча ветвями деревьев в окна домов, донося обрывки лающей, грубой речи. Тяжело опускался на город вечер, начинал моросить дождь. По улицам мчался огромный крытый «зауэр», останавливаясь то у одного дома, то у другого, и кто попадал а него, уже не возвращался. Остановился он и у дома Александры Федоровны Перегонец - ведущей актрисы театра. Зловеще заскрипели тормоза, застучали кованные сапоги, раздался стук в дверь. Сердце замерло. «Хорошо, что нет дома Санечки, - подумал, наверное, тогда муж актрисы Анатолий Иванович Добкевич, - мало ли что может случиться»». И случилось. Ему предложили выйти, сесть в машину. Нет, его не схватили так, как хватали людей, неугодных фюреру. Ему именно предложили поехать в гестапо, надеясь на сотрудничество. А немецкая пропаганда уже вовсю твердила, что бывший дворянин, заслуженный артист РСФСР Добкевич добровольно перешел на их сторону, став городским головой. Но разве мог советский гражданин, всей душой, всем сердцем преданный советской власти, стать предателем? Нет, один из любимейших актеров симферопольской публики не стал фашистским прихвостнем, предпочтя тяжелую смерть в застенках гестапо.

искусств Крымской АССР художника — декоратора Николая Барышева

В апреле 1942 года немецким подкомитетом по делам искусств при городской управе был издан приказ, обязывающий всех артистов немедленно зарегистрироваться и приступить к работе. За невыполнение приказа - расстрел. 15 мая 1942 года театр начал работу. Руководитель подкомитета зондеррфюрер Рек очень гордился своим начинанием. Как же! Ведь наряду с варьете «Южные ночи», гастрольными немецкими и румынскими ревю для солдат рейха начала работать и русская труппа. Но все же он счел необходимым «подкрепить» русских, и к труппе был прикреплен отъявленный нацист и палач клоун Ганс, дни и ночи проводивший в театре, ко всему присматривавшийся, во все вникавший. Особое внимание ему поручено было уделить директору театра Станиславу Адамовичу Томскому и художественному руководителю Харламову.

театра было решено открыть студию, чтобы спасать ребят от немецкого рабства. Вдохновителем открытия студии был С. А. Томский, он говорил: «Надо спасать ребят». Харламов зачислил ребят во вспомогательный состав труппы, как необходимое подспорье, занимал их, будучи главным режиссером, в спектаклях. Н. А. Барышев предложил зачислить преподавателем А. Перегонец, видя ее большие страдания в связи с гибелью мужа и желая помочь ей хоть как-то отвлечься. Вскоре она стала его большим помощником в подпольной работе. Именно в этой студии удалось легализоваться советской радистке Татьяне Овсюг. За все время оккупации не было поставлено ни одной антисоветской пьесы - играли водевили, пьесы Островского. Специально выбирались постановки, в которых должно быть задействовано много актеров, чтобы занимать в них студийцев. В студии этюды давались большей частью революционные. Например: встречаются два брата после долгой разлуки, и тут выясняется, что один из них «красный», а другой - «белый». Как поведете себя? Или: ведут арестованного паренька на расстрел. Навстречу ему товарищи: надо найти выход, чтобы спасти арестованного.

подпольная патриотическая группа, руководимая художником театра Николаем Андреевичем Барышевым, по кличке «Сокол». Мирные люди - актеры, работники театра поднимаются на борьбу, на защиту Родины, героически сражаясь в крымском подполье.

сводки Совинформбюро. Также в лес отправлялись разведданные, даже теплые театральные костюмы и медикаменты, собранные Александрой Федоровной.

Савватеев (кстати, лучший друг члена группы «Особая Диверсионная» Бориса Еригова). Раз как-то у входа в студию среди бела дня стояли ребята, разговаривали. Стоял и Олег, руки назад, прислоняясь к стене. Ушел - осталась прокламация «Бей фашистских оккупантов!». Выполняя любое поручение, он особо отличался в разведке вражеских военных объектов - куда взрослому не проникнуть, мальчишка прошмыгнет.
Большое значение для партизан имела карта города с отмеченными на ней немецкими военными объектами, нарисованная Барышевым. В общем, члены группы делали все возможное, чтобы помочь жителям Симферополя не падать духом, вселяли в их сердца уверенность в победе советских войск. Неоценимую помощь оказали они партизанам своими разведданными, а также и теплыми вещами, медикаментами... Но самым главным было все-таки то, что им удалось спасти само здание театра. Ведь в самом начале войны немцы хотели сделать там автобазу, а, отступая в 1944, пытались его взорвать.

замурованы в подвале)

Но только вместе с Адольфом Гитлером. – по поручению центра была разработана операция под названием «Премьера». Фашисты начали строить мост через Керченский пролив, чтобы проложить себе транспортную магистраль для переправки нефти. – планировали захватить месторождение на Кавказе. На открытие собирался приехать фюрер., а его любимачя актриса, по совместительности разведчица Ольга Чехова, должна была его уговорить посетить драмтеатр в Симферополе. Но планы врага сорвало наше наступление осенью 1943-го года. То, что они не успели построить, они же сами подорвали в декабре.

был арестован Урадов, один из руководителей симферопольского подполья, затем и члены группы «Сокол». Но кто же их предал? Кто был в театре провокатором? Этого так и не удалось до сих пор установить...Они погибли 10 апреля 1944 года, за три дня до освобождения Симферополя. Ветка железной дороги в Дубках, деревня Бутки. Танковый копанир - всю ночь туда шли машины с арестованными - расстреляют, землей притрусят и снова привозят.
На раскопках этой братской могилы присутствовали сотни людей. Раскапывали пленные немцы. Слой за слоем. Укладывали на поле. Кого опознавали - увозили хоронить. Опознали и всех работников театра. Добросмыслов был очень худой, изможденный, в нижней сорочке, Александра Федоровна - в желтой кофточке и коричневой юбке, обувь снята. Все были расстреляны в затылок, только одному Добросмыслову, который, видно, обернулся и крикнул что-то в лицо врагам, пуля вошла спереди и раздробила челюсть, а Барышев в последний момент смог выдернуть руки из проволоки и обнял Савватеева, так они вместе и лежали.

была запружена людьми. Похоронили их в сквере Победы, (там, где сейчас воссоздается храм Александра Невского, позже были перезахоронены на городском кладбище у центрального рынка) из театра несли на руках, у гробов стоял почетный караул, город прощался с любимыми артистами. Они ушли навсегда, но память о них жива. И главный их памятник - прекрасный театр, украшающий центр нашего города.

Барышев (1907—1944) и актриса Александра Фёдоровна Перегонец. [1]
В подпольную группу входили около 60 человек, в том числе 10 сотрудников театра:
актер Добромыслов Дмитрий Константинович
актриса А. Ф. Перегонец (1895-1944)
актриса Яковлева Зоя Павловна
костюмер Озеров Илья Никитович (1903—1944)
костюмер Кучеренко Елизавета Я.
машинист сцены Павел Ипполитович Чечёткин
уборщица Прасковья Тарасовна Ефимова
ученик художника Савватеев Олег Алексеевич (1927—1944)

разведывательно-диверсионной группы «Сокол».

Это был один из тех редких случаев, когда важные задания были поручены не профессиональным разведчикам, а актёрам. В частности, планировалось проведение террористической операции — покушение на Гитлера осенью 1943 года, прибывающего в Крым на открытие моста через Керченский пролив. Однако «крымский мост» был разрушен, Гитлер не приехал, операция отменена.

Подпольщики переориентировались на разведывательную работу, готовились к диверсионным актам. В частности, они взорвали здание областного архива, откуда при отступлении не успели вывезти секретные документы. В целом группа «Соколы» организовала 45 крупных диверсий, передала сотни разведывательных донесений.

В конце 1943 года Н. А. Барышев составил план Симферополя и нанёс на него разведывательные данные о военных объектах противника. Карта была передана партизанам и использована при освобождении города 51-й армией в 1944 году.
Подпольщики поддерживали связь с крымскими партизанами, с подпольным обкомом. В театре был создан тайник, куда спрятали богатую коллекцию из 5000 театральных костюмов, которую немцы планировали вывезти. В марте 1944 года гестапо напало на след группы. 18 марта, сразу после спектакля, подпольщиков арестовали. Удалось спастись только Е. Я. Кучеренко, которая при отступлении немцев спасла здание театра от пожара[2]. Когда в симферопольском подполье начались провалы группе было предложено уйти в лес, но актёры отказались:

самого последнего момента. Без нас немцы могут сделать с театром все, что угодно. Нужен свой глаз». А Николай Андреевич Барышев, кроме этого, еще и потому не ушел, что не хотел оставлять старика-тестя, который из-за болезни в лес идти не мог.

работница театра Каблукова из фильма «Они были актёрами» — не более чем художественный вымысел. Автор книги «В крымском подполье», секретарь Крымского подпольного центра Иван Андреевич Козлов (1888—1957) подозревал в провале группы связную под псевдонимом «Лесная»[4]. На самом деле под этим псевдонимом скрывалась Скрипниченко Людмила Васильевна, офицер НКГБ. Она была убита в гестапо 29 марта 1944 года. В апреле погиб и её муж, Александр Иванович Скрипниченко, также профессиональный разведчик. [5]

По данным архивов КГБ, группа «Соколы» выдана агентом абвера М.Ящининым, работавшим на Симферопольской электростанции[1].

10 апреля 1944 года, за три дня до освобождения Симферополя советскими войсками, подпольщики были расстреляны в урочище «Дубки», на территории совхоза «Красный».

коллектив театра поставил спектакль «Они были актерами», посвященный деятельности группы «Сокол». Создателям спектакля и исполнителям главных ролей присуждена Государственная премия СССР.
Художественный фильм «Они были актерами»
улица Савватеева
улица Озерова
улица Перегонец
улица Барышева

спустя". Эта глубочайшая военная драма вновь обращает внимание телезрителей на трагические события 1941-1945 годов.

Фильм, основанный на реальных событиях, повествует о тяжелых годах Великой Отечественной войны. Когда силы фашистской Германии заняли Крым, актеры драматического театра Симферополя вошли в подпольную группу "Сокол". Ее возглавили главный художник театра Николай Андреевич Барышев и актриса Александра Федоровна Перегонец. Актеры-подпольщики действовали в опаснейших условиях вражеской оккупации: они расклеивали листовки с информацией Совинформбюро, составляли карты с указанием стратегических объектов врага, снабжали партизан лекарствами. Обороняться актерам приходилось, к сожалению, не только от внешнего, но и от внутреннего врага, ведь были и те, кто переметнулся на сторону фашистов и стал предателем.

Картина Георгия Натансона описывает уникальный случай, когда подпольщиками стали люди исключительно мирной профессии. Актерам удалось не только сыграть героев на сцене, но и стать таковыми в жизни. Всего три дня они не дожили до освобождения Симферополя – артисты были расстреляны на окраине города из-за доноса своих же сограждан. Однако драма Натансона посвящена не только трагедии войны, но и высшей человеческой справедливости: предателей, пусть и много лет спустя, будет судить трибунал.