Презентация, доклад на тему Биография А.А. Фета. к занятию Фетовские чтения

ноябрЯ 1820 года.

Отец его, Афанасий Неофитович Шеншин, ротмистр в отставке, принадлежал к старому дворянскому роду и был богатым помещиком. Он женился на Шарлотте Фет, которую увез в Россию из Германии

городе Верро (Выру) в Эстонии. В школьные годы писал много стихов. Талант поэта рано проснулся в нем. Среди немецких подростков он был белой вороной: православный иностранец с немецкой фамилией и русской дворянской семьей. На Афанасия сразу посыпались насмешки и неудобные вопросы. На каникулы его домой не брали – далеко, и он одиноко слонялся по Верро. Никогда впоследствии он не мог ничего прямо ответить о своем происхождении.

Фета: "Лирический пантеон А. Ф.". Сборник успеха в публике не имел, но обратил на себя внимание журналистики, и с 1842 г. в Погодинском "Москвитянине" нередко помещались стихотворения Фета (сохранившего эту фамилию, в качестве литературного псевдонима, до конца жизни) и А. Д. Галахов внес некоторые из них в первое же издание своей "Хрестоматии", 1843 г. Наибольшее литературное влияние на Афанасия Афанасьевича, как лирика, оказывал в то время Гейне.

Москву готовиться к экзаменам для поступления в университет.

Экзамены Фет сдал блестяще и был принят на юридический факультет, но вскоре он перешел на словесное отделение философского факультета. Поэтический талант развивался, и Фет созрел для того, чтобы издать на деньги, взятые взаймы, тоненькую книжку стихов. Это был 1840 г., и сборник назывался «Лирический пантеон»
под инициалами «А. Ф.».

Дом, в котором жил отец,
а затем и Фет будучи студентом

его стихотворений, многие из которых вошли в хрестоматийный канон поэзии Фета («Не здесь ли ты легкою тенью», «На пажитях немых», «Знаю я, что ты, малютка», « Печальная береза», «Чудная картина», «Кот поет, глаза прищуря», « Шумела полночная вьюга» и т.д.).

стихотворение «Шепот, робкое дыханье...», ставшее символом поэзии Фета.

в Мценском уезде, и энергично принялся хозяйничать, живя там безвыездно и лишь зимой наезжая ненадолго в Москву.

Хозяином Фет оказался превосходным, в 1877 г. бросил Степановку и купил за 105 000 рублей имение Воробьевку в Щигровском уезде, Курской губернии, близ Коренной Пустыни; под конец жизни состояние Афанасия Фета дошло до величины, которую можно назвать богатством.

прекрасный лирический сборник "Вечерние огни".
К счастью, от усадьбы многое сохранилось: двухэтажный особняк, бывшая конюшня (Афанасий Афанасьевич обожал лошадей и имел свой конезавод) и другие строения, где жили дворовые люди. А кроме того, почти в девственной красоте осталась окружавшая Фета природа - старинный парк, пруд, правда, уже запущенные.На фасаде здания две мемориальные доски. На них надписи: "В этом доме с 1879 по 1892 годы жил русский поэт, певец родной природы Афанасий Афанасьевич Фет".
Здесь гостили Лев Николаевич Толстой, Петр Ильич Чайковский.Теперь в этом доме располагается Воробьевская школа, где на втором этаже с любовью создана экспозиция, рассказывающая о жизни и творчестве поэта.

литературной деятельности А. А. Фета,
а в 1892 году поэт скончался, не дожив двух дней до 72 лет. Похоронен он в селе Клейменово - родовом имении Шеншиных,
в 25 верстах от Орла.

оно горячим светом
По листам затрепетало;
 
Рассказать, что лес проснулся,
Весь проснулся, веткой каждой,
Каждой птицей встрепенулся
И весенней полон жаждой…
1843
 

двор одело,  Посветлело, побелело -  Видно, есть мороз. 

Не колючий, светло-синий  По ветвям развешен иней -  Погляди хоть ты!  Словно кто-то тороватый  Свежей, белой, пухлой ватой  Все убрал кусты. 

Уж теперь не будет спору:  За салазки да и в гору  Весело бежать!  Правда, мама? Не откажешь,  А сама, наверно, скажешь:  "Ну, скорей гулять!"

слышней,  Мы не грустим, пугаясь снова  Дыханья близкого зимы,  А голос лета прожитого  Яснее понимаем мы.

ОСЕНЬЮ

видна трава.
 
Чиста холодная струя,
Слежу за поплавком, —
Шалунья рыбка, вижу я,
Играет с червяком.
 
Голубоватая спина,
Сама как серебро,
Глаза — бурмитских два зерна,
Багряное перо.
 
Идет, не дрогнет под водой,
Пора — червяк во рту!
Увы, блестящей полосой
Юркнула в темноту.
 
Но вот опять лукавый глаз
Сверкнул невдалеке.
Постой, авось на этот раз
Повиснешь на крючке!
  1858